: Каменистый Артем book_name: Земли Хайтаны, цыц! Антон, что это за номера? Я не пойду, столь же спокойно повторил парень. А теперь еще раз и на русском языке: почему ты не пойдешь? Вожак хлопнул себя по коленям, хохотнул: Антоша, ну ты и кадр! Из-за этой белокурой сучки? Парень молниеносным движением вырвал меч из ножен, приставил к горлу приятеля, покачал головой, угрожающе процедил: Не называй ее так! Рог, ничуть не испугавшись, криво усмехнулся: Хорошо, будем называть ее их императорское величие принцесса шалава первая. Антон стиснул зубы, покачал головой: Если ты хочешь меня разозлить, то движешься в правильном направлении. Меч спрячь, а то порежешься, хмыкнул вожак.

И вообще, давно уже пора за ум взяться. Мало ли всяких Анек на свете. Помедлив, Антон убрал меч, с затаенной обидой произнес: Ты обещал, что она будет моей. Только не уточнил, когда именно она станет твоей. На севере присоединимся к Монаху, рано или поздно он всех к ногтю прижмет. Будет Анька твоей, никуда не денется. У тебя целый гарем этих Анек будет.

Я без нее никуда не пойду, непреклонно произнес Антон. Вожак вновь хлопнул по коленям: Ну, дурак! Будешь в лесу объедками питаться, покуда тебе кишки кто-нибудь не выпустит? Буду, обреченно вздохнул Антон. Ему не хотелось терять хорошего бойца, резко ослабляя и без того невеликий отряд.

Но и перебороть упрямство парня казалось невозможным. ВпрочемИдея, пришедшая ему в голову, была столь невероятной по нахальству, что он едва не расхохотался. Сдерживаясь, несколько раз хлопнул себя по коленям это был его излюбленный жест, подходящий для многих случаев, после чего толкнул в плечо повара. Ты у нас вроде как раньше почтальоном был? Нет, водитель я: таксовал последние годы.

Придурок, я не о Земле спрашивал. Ты ведь здесь одно время почтальоном бродил, пока к нам не прибился? Работа непыльная, кормят везде, встречают хорошо Только проблемы потом появились. Как же им не появиться, хохотнул Вадим. Мало того, что прихватывал с собой все, что плохо лежало, так еще и девок без спроса трахал. Такие вещи почему-то народу не нравятся. Вот что, Гарик, у тебя записи сохранились? Но не все, я большую часть бумаги в боты по холоду запихивал, им амба пришла. Но одна пачка уцелела, да и картонок несколько тоже. А на хрена тебе эти записи? Идея есть Рисковая, но веселая.

Под конец неплохо бы нашего Добрыню по носу щелкнуть, а если все пройдет как надо, то и Аньку с собой прихватим. Рог сделал паузу, с превосходством наблюдая, как парня все более охватывает нетерпение, после чего с расстановкой заявил: Дело верное, но рискованное. За это ты мне будешь очень много должен. Неистово произнес Антон, Только помоги! Слушайте сюда * * * Разувшись, Олег нацепил холодные шлепанцы, подошел к печке. Как он и предполагал, угли еще тлели, не зря он с утра закинул увесистую чурку. Достав нож, быстро нарезалтонких щепок, раздул огонь, загрузил порцию мелко поколотых дровишек. Захлопнул дверцу, а поддувало наоборот, приоткрыл пошире. Прислушался, и лишь убедившись, что пламя загудело, снял куртку, повесил на деревянный гвоздь меж бревен их было забито немало.

Все это Олег проделывал в полной темноте дом свой, обстановка изучена до мелочей. Он вообще мог бы существовать без света, но вот супруга на это неспособна пришло время позаботится и о ней. Едва зажег свечу и бросил горящую щепку назад в печь, как по крыльцу простучали хорошо знакомые шаги, скрипнула дверь. Первым делом Аня споткнулась о высокий порожек, что происходило почти ежедневно: Олег! С этой деревяшкой надо что-то делать! Я опять едва миски не выронила! Под ноги смотреть надо. Сколько можно его задевать, ведь не первый день здесь живешь. Темно сильно, я его не замечаю. И не надо замечать, просто помни об этом. Я так не могу!

Прости, дорогая, но с электричеством у нас небольшие проблемы. И вообще, у нас этот диалог стал ритуальным. Если не ошибаюсь, вчера говорили то же самое, слово в слово. А холодно почему так? Потому что печку только сейчас растопил. Вот ты какой нехороший! Хочешь заморозить любимую жену до смерти. Впрочем, развивать тему Аня не стала, хотя умолкать и не подумала. Просидев полдня на вышке в одиночестве, она, как обычно бывало в таких случаях, разливалась соловьем. В столовой ей явно не удалось выплеснуть скопившуюся лавину слов, так что пришлось отдуваться Олегу.

Впрочем, он почти не слушал, что именно она говорит, лишь изредка поддакивал. Нет, за неполные четыре месяца совместной жизни девушка ему ничуть не надоела, скорее наоборот. Ему по-прежнему нравился ее голос, и он был готов слушать ее щебетание часами. Но при этом не собирался вникать в смысл достаточно одной мелодии слов. Аня, похоже, прекрасно это понимала, но на мужа никогда не обижалась. Да и грех обижаться: где еще найдешь столь идеального собеседника никогда не перебивает и не заснет на самом интересном моменте. Впрочем, сегодня девушка была на удивление прагматичной и, свернув потенциально бесконечное описание замеченных за день косяков перелетных птиц, приступила к обсуждению более животрепещущих тем: Угадай, что у нас на ужин! Судя по запаху, вареные сапоги, буркнул Олег, присаживаясь за стол.

И что же, раз не сапоги? Остатки солонины сварили, да еще и корней немного добавили. Вот какая замечательная похлебка! Олег скептически посмотрел на содержимое миски, окунул в нее ложку, прощупывая дно, печально вздохнул: Кулинарный замысел хороший, но исполнение подкачало: солонину в котел явно забыли положить, а корни подгнившие. Нормальные корни, возразила Аня. Я их позавчера помогала чистить, гнилых почти не было, и никто такие в котел не бросал. Еще по куску сушеной рыбы досталось. От нее толку больше, чем от этой сказочной похлебки.

Представляешь, хвосты и головы накопились, из них уху завтра будут варить. Уха из сушеной рыбы! Как-то не сильно аппетит возбуждает. Олег, невозмутимо опустошающий свою тарелку, вздохнул: Радуйся, что хоть какая-то жратва осталась. Ничего, лед сойдет, рыбы опять наловим, много запасем, больше так голодать не будем. Да и не голодаем мы: кормят три раза в день. С такой кормежки не разговеешься.

Подпишитесь на наши новости